Обсуждают в коллекции

Тёрка в тагах


На странице: 24 48 96

Большая Тёрка / Мысли /

социологияX


katehon

katehon

Общество взаимного слежения -- это не про нас. О доносительстве на Западе и в России

что происходит?, социология

09 января 2013 Анатолий Вассерман

С тех пор, как информационное агентство «РосБизнесКонсалтинг» купил Михаил Дмитриевич Прохоров, я слежу за передачами телеканала РБК не только для понимания картины мирового и российского рынка (на сей счёт есть немало иных источников), но прежде всего для понимания картины сознания отечественных олигархов. Конечно, журналисты этого канала отражают пожелания владельца в меру своего собственного понимания, да и сам владелец далеко не всегда заинтересован в конкретном общественном мнении по конкретному поводу. Но с недавних пор его сестра Ирина — по совместительству глава весьма уважаемого издательского дома «Новое литературное обозрение» и главный редактор выпускаемого этим домом одноимённого журнала — завела на РБК собственную авторску передач «Система ценностей». В ней она вместе с дружным хором приглашённых ею единоверцев проповедует, чем плоха система ценностей, прижившаяся в нашей стране, и чем надлежит её заменить.

Один из выпуско цикла продолжением laquo;Доносительство как образ жизни» — привлёк моё внимание настолько, что я поместил о нё комментарий своём Живом Журнале. Содержание: Ирина Дмитриевна с дуэтом гостей возмущена культом доносительства, утвердившимся в нашей стране с тех пор, как Пётр I Алексеевич Романов завёл пирамиду фискалов. Она призывает объявить донос одним из смертных грехов. Правда, по ходу передачи гости всё же упоминают массовое распространение доносов на Западе, но все трое дружно приходят к выводу, что там донос имеет совершенно другую природу и полезен обществу. Более того, отмечено даже, что далеко не везде в нашей стране доносы приветствуются, а основная масса граждан относится к ним резко отрицательно — и тем не менее, по мнению Прохоровой, именно доносительство во многом определяет нашу жизнь.

Комментаторы в моём ЖЖ разделились на две очевидные группы. Поборники западных ценностей (и живущие в нашей стране, и эмигрировавшие) дружно солидаризуются с Прохоровой, сторонники нашего собственного образа жизни столь же дружно отрицают общепринятость доносов у нас и подчёркивают их отрицательное влияние на западное общество.

На мой взгляд, система доносительства в России никогда не была столь активной и всеобъемлющей, как к западу от наших границ.

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...

Тогда:
alt alt alt
.

Сейчас:
alt nbsp; alt
.
Не зря Лаврентий Павлович Берия, возглавив наркомат 1938.11.17, одним из первых распоряжений запретил расследование анонимок: это стало важным тормозом мясорубки Большого Террора. Судя по проведенному тем же Берия пересмотру обвинительных приговоров по статье «измена родине», вынесенных при его предшественнике Николае Ивановиче Ежове, примерно четверть этих приговоров была вовсе никак не обоснована, а ещё примерно четверть считала политическим умыслом банальную уголовщину.
...

Думаю, из одного этого примера видно, сколь сложным может быть расследование и сколь мала помощь следователю от доноса. В данном случае, впрочем, доноса как такового, по сути, не было: несколько крупнейших в стране специалистов выступили, по сути, в роли экспертов, оценивших деятельность друг друга. Но общая обстановка в следственных органах вследствие потока доносов оказалась столь сложна, что экспертизу сочли бесспорным доказательством злого умысла, хотя она указала лишь на ошибки.

Отчего же на Благословенном Западе (а именно так, судя не только по тексту, но и по интонациям, относятся к странам, всё ещё именующим себя развитыми, Ирина Дмитриевна Прохорова и её подельники по передаче «Система ценностей») система доносительства не даёт столь разрушительных результатов? Полагаю, потому, что большинство доносов там относится к мелким и мельчайшим нарушениям общественного порядка — от парковки в неположенном месте до выбрасывания сигареты из окна автомобиля на асфальт магистрали. Соответственно и расследование этих нарушений не составляет труда, и даже ошибки при расследовании обернутся в худшем случае необоснованным небольшим штрафом, так что облыжно обвинённому зачастую проще заплатить, чем оспаривать решение через суд.

Если же речь идёт о серьёзных преступлениях, излишнее внимание к доносам может обернуться если не Большим Террором, то в лучшем случае параличом правоохранительной системы. Поэтому любой вменяемый законодатель запрещает расследование анонимок: слишком уж легко завалить ими следствие. Поэтому же оперативный работник системы охраны правопорядка старается обзавестись собственными агентами в преступной среде: достоверность их доносов легче оценить. И поэтому во многих странах во многие эпохи ложный донос карался той же мерой, какая в случае достоверности доноса полагалась бы обвинённому: конечно, риск недонесения о серьёзном преступлении в этом случае возрастает — зато практически исчезает тайная клевета.

Не исключено, что нынешний уровень неприятия доносов российским обществом несколько завышен, и в дальнейшем нам придётся всерьёз присмотреться к западному обществу, где доносительство и впрямь стало неотъемлемой частью образа жизни. Но что совершенно несомненно и очевидно — так это полное и абсолютное непонимание Ириной Дмитриевной Прохоровой (и всем тем общественным слоем, откуда она приглашает гостей в свои передачи) российского общества и его системы ценностей. Впрочем, её брат являет такое же непонимание и при попытках заняться общественной деятельностью, и едва ли не в каждом своём публичном высказывании. Так что система семейных ценностей у них несомненно общая. Даже если они сочтут доносом это моё указание на их далёкое заблуждение.

19 комментариев

katehon

Реклама - не только двигатель торговли, но и индикатор запросов общества...

взгляд оттуда, модернизация россии, просто о сложном, социология, что происходит?

Ещё в 90-е, как известно, колбаса была излюбленной темой для насмешек правоверных либералов над «совком». Что‑то там шутили про бумагу, про качество... Говорили, что при капитализме снизойдёт изобилие, а конкуренция «аутоматiчно» приведёт к высочайшему качеству.

Зато теперь... появляется вот такая реклама:

Когда? Когда же так и будет не только на экране, но и в жизни? Плачет

Буржуи — ребята сметливые, они зазря ни копейки не потратят. Реклама, эксплуатирующая советские образы, появилась давно. Если они начали апеллировать к советскому эталону качества, стало быть, что‑то пошло в капитализме не так, как рисовали перестроечные пропагандисты. Э?

3 комментария

katehon

«Яблоко» раздора - конец «тупо по закону»

модернизация, социология, что происходит?

В этом довольно большом тексте меня привлёк не столько анализ политической фигуры Григория Алексеевича, сколько хороший анализ текущей политической ситуации - ведь на самом деле мало кто (и из оппозиции, и из сторонников Путина!) заметил, что в конце декабря было положено начало кардинально нового политического тренда.
О чём я уже перепостил здесь, но!! сейчас мы можем воочию видеть первое робкое начало воплощения того прогноза. То ли ещё будет))

Явлинский наилучшим образом «осведомлён», что нужно России для разрешения своих кризисов, и, самое главное, как это сделать в соответствии с международными (западными) нормами и представлениями
30 января 2012, 09:00
Версия для печати
Добавить в закладки
Григорий Явлинский не стал кандидатом в президенты России не из-за «козней Кремля», но, напротив - из-за прекращения таковых.

«До Горбачева мы думали, потому что больше делать ничего нельзя было.

Пришел Горбачев, началась суета, мы начали бежать, перестали думать,

потому что мы поняли, что надо бежать. А вот сейчас пришел Путин,

бежать некуда, надо думать, а думать тоже нельзя,

потому что жизнь не стоит. И вот не понимаешь…»

Григорий Явлинский


Парламентские выборы 2003 года, перед которыми «Яблоко» ещё действительно что-то из себя представляло, оказались для этой либерально-западнической партии последними. После них в парламент она уже не проходила. Так что все высказывания, предрекающие завершение политической жизни партии Григория Явлинского, в итоге оказались пророческими: «Простит ли интеллигенция - те несколько миллионов "приличных людей", все эти годы голосовавших за Явлинского, который каждый раз, занимая ту или иную "красивую позицию", собирал 6-7% голосов очень мало что понимающего, но готового поддержать "высшие демократические идеалы" электората? Найдётся ли место либерал-идеализму в эпоху политического прагматизма? Выборы покажут…».
..сокращено...

Повторяя как заклинание, что «патриотизм - это последнее прибежище негодяев» (к которым профессиональные интеллигенты-западники себя, разумеется, не относят), в то время, как для абсолютного большинства граждан России патриотизм - это естественное чувство любви к Родине и гордости за своё - российское, русское, - «радикальные правозащитники» кинулись критиковать Путина, взявшегося за восстановление государства, т. к. сами ещё с советских времён сохраняли незыблемую уверенность в том, что именно сильное государство является «главным врагом прав человека».

..сокращено...

Всё это имеет место быть в ситуации, когда, по официальным данным опроса ВЦИОМ, 71% россиян считают, что «Россия принадлежит к особой - «евроазиатской», или православной цивилизации, поэтому ей не подходит западный путь развития», и лишь 13% называют Россию «частью западной цивилизации». Следует отметить, что это данные от 13.11.2001, - сейчас же эти пропорции ещё больше сместились в сторону патриотизма и антиамериканизма. Вот за это меньшинство, с каждым годом стремящимся к нулю, видимо, и поборются российские либерал-оппозиционеры…
..сокращено...

«Я могу понять и простить Ельцина, но Явлинский - мой враг. Он обманул лучшие чаяния интеллигенции», - Александр Гордон.
..сокращено...

Пролетев в очередной раз мимо выборов, Григорий Явлинский оказался жертвой быстрой смены политической системы в России. Он начинал как политик в начале 90-х, когда подписи ещё собирали. А закончил свою политическую карьеру в начале 2000-х, когда подписи уже не собирали, потому что принципиальное решение о том, будет политик или партия участвовать в процессе или не будет, пройдёт или не пройдёт, зарегистрируют или не зарегистрируют - принималось в Кремле.

За прошедшие десять лет эта система была отточена до совершенства, и каждый знал, что его судьба определяется в одном единственном кабинете - после встречи с Владиславом Сурковым. Явлинский также прекрасно осознавал, что если он договорился с Сурковым, если принципиальное решение будет принято«в Кремле», то остальное - дело решённое. Долгие годы таким принципиальным решением было неучастие «Яблока» во внутренней политике, вытеснение на периферию и маргинализация. Хотя, какая-то «неведомая» рука всё же периодически приподнимала тяжёлую плиту, давая просочиться кислороду, прикрывала судебные разбирательства, особенно после заявлений в Северной Осетии - в общем, давала жить.

Вновь Явлинского Сурков призвал к декабрьским выборам 2011, чтобы по своей обычной схеме разбавить им список участников. Разбавить чем-то, что, с одной стороны, не представляло опасности ни для «Единой России», с другой - давало шанс либералам. Та же договорённость распространялась и на президентские выборы. Поэтому Явлинский особо не «парился»: раз решение о его участии принято, значит сбор подписей - это формальность, поэтому и решил вместо подписей просто сдать в избирком «куклу». Но потом немножко подумал, и решил на всякий случай не сдавать совсем «куклу», а просто наксерить какое-то количество имеющихся подписных листов до необходимого количества.

Однако, после думских выборов Сурков ушёл, т. к., по своему же собственному признанию, стал «слишком одиозен для прекрасного нового мира», и все внутриполитические ведомства лишились куратора, центра принятия решений. Ведь раньше было как: звонили «от Суркова» в ЦИК и говорили: «Явлинского - зарегистрировать». И тут уже - подписи, не подписи - плевать. А тут никто не позвонил. День не позвонил, два не позвонил. Что делать - непонятно. А когда непонятно что делать - см. инструкцию, где написано: «Если вы получили подписи от кандидата - их нужно проверить». Начали проверять. А следующий пункт инструкции - «Если в подписных листах больше 5% брака - кандидат не регистрируется». А раз других «политических» указаний нет, то и поступили тупо по закону. К слову сказать, из поданных двух миллионов подписей за Явлинского признано недостоверными 153 тысячи, более 25%.

Конечно, Явлинский опять не виноват, он действовал как всегда, как привык. И многие другие государственные ведомства ещё долго будут действовать по привычке, ожидая «звонка оттуда» (пальцем вверх). Но постепенно все привыкнут и к тому, что Суркова больше нет, звонка ждать не надо, а надо действовать «тупо по закону».

Казалось бы, причём здесь Путин? А при том, что, во-первых, это он переместил Суркова в нужное место, а во-вторых, это он создал условия для того, чтобы закон «тупо заработал». Без особых распоряжений, чтобы кандидатов регистрировали по итогам проверки подписных листов, а результаты выборов объявляли по итогам подсчёта голосов, а не «по указке» из Кремля, как это было в декабре 2011. И здесь вполне можно согласится с пресс-секретарём Путина Дмитрием Песковым, который считает, что если один из кандидатов не смог набрать нужное количество подписей в свою поддержку, это не является поводом считать выборы нелегитимными, тем более ещё до того, как они состоялись.

Казалось бы, Путин сильно рискует: а вдруг выберут «не так»? «Если граждане доверят страну, доверят Россию, доверят её безопасность, развитие экономики другому человеку, значит так тому и быть. Пусть работает», - сказал Путин. А значит, выберут так, как надо, а надо так - как считает народ, и выигрывают от этого все. Значит - так тому и быть.

Валерий Строев

2 комментария

katehon

Конец постсоветской эпохи

что делать?, социология, кризис, что происходит?, В мире

25.01.2012

Андрей Фурсов
alt

Коллаж В. Александрова

В оценке уходящего года принято фиксировать наиболее важные события. Однако, как писал историк Фернан Бродель, событие — это пыль, имея в виду, что смысл события проявляется только в более широком временнoм (и пространственном — добавлю я) контексте, в единстве с породившими его причинами и, что ещё важнее, последствиями — состоявшимися или прогнозируемыми, т.е. в комплексе тенденций. Иначе трудно понять суть. Не случайно Аллен Даллес заметил: человек не всегда может правильно оценить событийную информацию, но может уловить тенденции и сделать правильные выводы. Поэтому речь у нас пойдёт о таких событиях, в которых со всей очевидностью воплощаются определённые тенденции. Это крупные — каскадные — события, т.е. которые обусловлены целой совокупностью причин и обстоятельств и которые в свою очередь порождают целый комплекс (каскад) долгосрочных последствий.

2011 год был богат на события. Это арест и политико-психологическое уничтожение Стросс-Кана, в котором нашла своё выражение схватка группировок за мировые финансы и Францию; визит Ху Цзиньтао в США, имевший далеко идущие последствия; появление в США новых способов конфискации «молодых денег»; новые разоблачения Ассанжа; судебный иск Березовского к Абрамовичу — великолепная иллюстрация природы и нравов российских «олигархов» и российской власти 1990-х годов; публикация в New Scientist 19 октября исследования Энди Коглана и Деборы МакКинзи глобальной корпоративной системы — штуки не менее сильной, чем откровения WikiLeaks. И многое другое.

Я, однако, выбираю следующие события: так называемая «арабская весна» на севере Африки, плавно перетёкшая в «сирийскую осень»; норвежский инцидент и кризис еврозоны. У каждого из этих событий — своё продолжение и свой антипод (действие рождает противодействие) и, что самое главное, несколько слоёв и скрытых шифров. Кроме того, по этим трём событиям разлиты и звучат рефреном ещё два макрособытия, становящиеся очевидными по мере того, как оседает пыль Истории. Это конец неолиберальной революции Хаоса, которая пожирает своих детей, а в конечном счёте себя, и конец постсоветской эпохи в РФ и мире. Начнём с Ближнего Востока.

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...
.

Все эти кризисы проецируются на РФ, существенно модифицируя внутренние противоречия и ситуации, которые так же, как и мировая, развиваются в кризисном направлении — «двойная масса» кризиса. Здесь 2011 г. был также крайне важным. Во-первых, обострились все мыслимые противоречия: между властью и обществом; внутри власти — между верхними и нижними сегментами, внутри верхнего сегмента — между различными группами («силовики» — «гражданские»), а внутри групп — между кланами. При этом, похоже, внутренние властные (административные) ресурсы всех групп практически исчерпаны — последние выборы это ясно продемонстрировали. Указанная исчерпанность усиливается фактом проедания советского материального наследия — к середине «десятых» оно будет проедено совсем.

В любом случае мировая ситуация резко усиливает остроту внутренних российских конфликтов и не менее остро ставит вопрос о внешнем союзнике — государства в целом и различных властных кланов. В условиях кризиса, фрагментации, раздробления мировой верхушки это исключительно сложный и трудный вопрос (в 1990-е и даже в начале 2000 годов ситуация была намного проще). В результате налицо риск дальнейшего дробления, фрагментации и так весьма далёкой от единства и целостности российской верхушки и превращение русской территории в поле битв держав, корпораций, орденов и сетевых структур за будущее (в ущерб коренному населению), в резервную территорию и полигон психобиологических и иных экспериментов. Слабым утешением является морально-волевая деградация западных верхушек как игроков, и это одна из причин, хотя и не единственная, по которой Хозяева Мировой Игры решились на зачистку сытой неолиберальной элиты Запада (умеющей только делить и отнимать — с такими в будущее не прорваться). Это значит, что меняются правила, и Игра начинается если не с чистого листа, — в истории так не бывает, —то без зачёта многих полученных в предыдущую эпоху очков. И это шанс. Самое главное — не жить иллюзиями и образами прошлого и готовность играть не по правилам, ломать их.

2011 год подвёл черту под постсоветской эпохой и в РФ, и это, пожалуй, весьма важная черта ушедшего года: постсоветская эпоха в России и в мире закончилась безвозвратно. Мы вступаем в иную, очень опасную эпоху, для жизни в которой нужны воля и разум, т.е. прежде всего принципиально новая наука — наука об обществе и человеке, предполагающая создание новых дисциплин, нового понятийного аппарата, новых форм работы со значительными по объёму информпотоками и, естественно, новых форм организации рационального знания. Это — необходимое условие, чтобы как минимум сгруппироваться и уцелеть во время последней Большой (дикой) Охоты капиталистической эпохи, а там — дадут дух, опыт и случай — и победить.

.

источник - http://zavtra.ru/content/view/konets-postsovetskoj-epohi/

3 комментария

katehon

Путин, которого мы потеряли? Критика сверху

социология, что происходит?

Про выборы Путина и про Сирию-Иран...
[видео]

От: Neprotivlenec | 17.01.2012 | Просмотров: 558
ПОЗИЦИЯ. 16.01.2012. Александр Дугин на РСН
В студии: Юрий Будкин.

+
Путин, которого мы потеряли? Критика сверху

17 декабря 2011

Человек в Кремле

Владимир Путин: критика сверху

Прошло 12 лет с тех пор, как на политическом небосклоне России взошла звезда Владимира Путина. Его явление было энигматичным. Никто не мог понять, кто же он на самом деле. Русский патриот и верный сын спецслужб, прячущийся за маской либерала и лишь изредка открывающий свое истинное лицо (точнее, железный лик)? Или, напротив, либерал и западник, загримированный под силовика и державника, но в критический момент всегда сбрасывающий напряжение в отношениях с Западом и подающий им сигнал: «Я свой!» Это было непонятно в начале его правления. Не внесли ясности и последующие двенадцать лет.

Показательно, что первые тексты, написанные мною о Путине 12 лет назад, сегодня выглядят свежо и актуально. Мы анализировали и гадали тогда, предупреждали и опасались. Мы анализируем и гадаем теперь, предупреждаем и опасаемся. Как будто все это время ничего не происходило. Двенадцать лет спустя Путин по-прежнему непонятен, уклончив, противоречив, загадочен.
....
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...
.
...

Каков же результат нашего анализа власти с позиций Русской Идеи? Потеряли мы Путина, в которого верили? С которым надеялись вернуть Россию в историю, интегрировать большое евразийское пространство, заложить основы будущего исторического становления? Что же случилось с человеком судьбы, который в критический для страны момент спас Россию, остановив ее на отвесном краю обрыва? Чтобы сделать такое, надо было быть героем. И никем больше. Может быть, его просто подменили и это уже совсем другой человек?

Ясно одно: в Путине есть резонанс с Русской Идеей, он относится к сфере государственной формы. На фоне предыдущих правителей это реальная, настоящая, недвусмысленная ценность. В критической ситуации именно это стало решающим и придало Путину реальную легитимность. После этого включились технологии. И это вошло с Русской Идеей в диссонанс. Неважно, эффективны ли эти технологии или нет, это предмет отдельного рассмотрения. Важно, что это курс против Русской Идеи, против русской истории, против русского смысла, против русского общества, против народа как органической духовной и культурной цельности. И это очень серьезно.

Через год-другой после прихода Путина к власти в начале 2000-х еще можно было надеяться, что у него просто связаны руки, что он все еще в плену определенных обязательств, что он не свободен. 12 лет суверенного правления — достаточный срок, чтобы с этой надеждой расстаться. Нет ни одного знака, что он возвращается с какой-то новой тайной повесткой дня, настоящей и решающей, которая бы на сей раз соответствовала Русской Идее полностью. Надо со всей ответственностью признать: так не бывает.

Время ушло. Теперь мы будем пожинать плоды уже того, что нам известно. Граничные условия понятны: Путин не выйдет за пределы той формулы, в которую вцепился намертво. Никто не дождется ни либерализма без патриотизма, ни патриотизма без либерализма. Будет ли Путин отстаивать и в дальнейшем национальные интересы, суверенитет, державность в таком случае? Убежден, что да. Это часть его сущности. И, кстати, это не мало. Сделает ли он хотя бы один решительный шаг к реальному оздоровлению общества, политики, экономики, культуры? Вернет ли народ в историю? Убежден, что нет. Он на это не нацелен и, скорее всего, и не способен. Уступит ли он в таком случае все пространство либералам и западникам? И снова нет. Их надежды будут так же обмануты, как надежды патриотов. Вот с чем мы будем иметь дело в ближайшие годы. Увы, или к счастью, акценты расставьте сами.

То, что я пишу, это не апология Путина и не его денонсация. Ницше сказал однажды, после того как Лу Саломе отказала ему в любви: «Если бы я был богом, я бы создал Лу Саломе другой». Если бы я был президентом России, я бы все сделал по-другому. Иначе, чем Путин. Что-то я признаю верным. Что-то — категорически ошибочным. И, увы, баланс не изменен — ровно наполовину он прав, а наполовину нет. Путин так стоек в защите, даже навязывании своей половинной правоты (равно как и половинной неправоты). Ни шагу в сторону. Он не изменится. Я все-таки уверен, что ему это дорого станет. 12 лет — большой срок. И это почти приговор. Не мой. Это приговор Русской Идеи. Говорю наполовину со злорадством, наполовину с сожалением и искренней скорбью. Но никакого будущего для страны я с этим человеком не вижу. Не вижу и прошлого. Он воплощает в себе пустое технологическое настоящее, выносить которое становится все труднее.

И снова: стоит только сравнить Путина с президентами других стран (Запада, конечно), и нас отбросит в другую крайность — равных ему нет, he is simply the best. И это сущая правда.

Я задумывал опубликовать эти заметки раньше. Материалов хватало. Но всякий раз не мог увидеть финала. Осцилляция вокруг противоестественного компромисса патриотизм/либерализм всякий раз создавала впечатление, что вот-вот все прояснится. Но есть уравнения, которые не имеют решения, ряды, которые не поддаются интеграции. Путин есть неопределенность, он есть да/нет, ускользающее мерцание — свет/несвет. Нет, все-таки свет… О, черт, кажется, погасло. Нет, вроде светит… И так 12 лет нашей с вами жизни — тянет, но не рвет. Какая тоска…

3 комментария

katehon

Good bye, golden boy. Первые мысли об уходе Суркова

постмодерн, кризис, что происходит?, социология


День выхода статьи не мог её перепостить, а вот сейчас, после вчерашнего, когда все описанное в ней, так неожиданно скоро воплощается в жизнь - самое время.

.
Надо активно участвовать в строительстве новой реальности: каждый пусть скажет, что считает нужным. Теперь можно. Суркова больше нет
30 декабря 2011, 14:00
С уходом Суркова в политической и социальной жизни России начинается новый этап - данный поворот событий означает идеологическую амнистию и снятие моратория на борьбу идей

Уход Суркова означает конец той политической системы, которая существовала в России 12 лет, с момента прихода Путина и накануне этого прихода.

Сам Путин, каким он явился в истории, к Суркову лично отношения не имел и ничем ему обязан не был. Путин был членом команды Ельцина и окружавших его олигархов, среди которых Сурков занимал второстепенное положение – ловкого менеджера, не более того. Будучи подручным Волошина, Сурков занимался в Администрации Президента кураторством Думы – как и ранее, когда он работал на «Менатепе» или «Альфа-группе», обеспечивая олигархическим группам депутатскую поддержку.

Даже если Путину это до сих пор безразлично, без Суркова он удержать всю идеологическую систему в состоянии полной бессмысленности, подлога и симулякра просто не сможет. Сурков – явление индивидуальное.

Рост влияния Суркова пришелся на путинский период и неуклонно возрастал вплоть до 2011 года. В России в 2000-е годы Сурков практически единолично курировал следующие направления:

1. Идеологию (как власти, так и оппозиции, включая разнообразный веер симуляций-однодневок, открываемых и закрываемых Кремлем на всех этапах многократно).

2. Политику (устанавливая, что является мэйнстримом, а что маргиналитетом, вплоть до того, какие партии проходят, какие не проходят, а какие вообще не доходят до выборов, и кто какой процент голосов получает).

3. Информационное поле (определяя всю структуру политического вещания основных национальных СМИ, за которыми жестко следовали СМИ региональные).

4. Общество и культуру (в смысле вывода на авансцену или, напротив, сдерживания и дискредитации тех фигур, которые были призваны представлять – или не представлять – «российское общество» – для этой цели Сурков создал и курировал Общественную палату).

При этом именно он и только он во всем российском политическом истэблишменте понимал, как вся эта модель функционирует, как она управляется, и какой индекс приписан каждому мало-мальски известному политическому, идеологическому, общественному или культурному деятелю. Это была функция не просто кукловода, но демиурга. Сурков создал российскую политическую систему 2000-х годов, и он ей практически единолично суверенно правил. Он всецело контролировал то, что философы называют «дискурсом», то есть структурой и алгоритмом всего спектра допустимых политических высказываний, которые по воле Суркова попадали в ту или иную категорию – приемлемых, ограниченных, маргинальных или запрещенных. Эти градации устанавливал и обосновывал тоже он сам – с опорой на свои индивидуальные предпочтения.

При этом он делал это не от своего имени (у него не было и нет для этого ни имени, ни позиции), но от лица высшей власти, то есть от лица Путина и воплощенного в нем политического устройства России. Он идеально угадал специфику российской политической психологии: массы примут все, что угодно, но только «от лица царя». Но как соотнести этот народный монархизм, авторитаризм снизу, с формальными нормативами демократии? Эту дилемму мог решить только Сурков - и он ее решил.

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...
.

Сурков уходит, но общество, которое он придумал, остается. Ведь общество – это в первую очередь репрезентация.

Вакуум

После Суркова остается гигантский вакуум. Явно Путин не осознает, ни того, что царило в этой области раньше, ни того, что там будет происходить сейчас. Мир, который построил Сурков, принципиально упразднен. Но он пока еще стоит, и с ним какое-то время нам всем предстоит иметь дело.

К этому миру и к его создателю можно относиться по-разному. Конечно, при Ельцине в эпоху открытого всевластия либералов-западников (немцовых, касьяновых, рыжковых, хакамад и т. д.) этот мир был не лучше. Скорее всего, хуже. Но произвольность, поверхностность, скользкая пустота сурковской России, надо признать, всех фундаментально утомила. Сурков уходит вовремя, и даже, скорее всего, слишком поздно. И все равно, к его уходу ни Путин, ни те, кто придут на смену Суркову, явно не подготовились должным образом. Возможно, Сурков уходя, злорадно надеется, что теперь без него все разлетится вдребезги и «тогда-то все узнают». Сурков весьма амбициозный и жесткий человек, он вполне может думать именно так. Но это предположение.

В любом случае, отныне начинается новый этап. Суверенная демократия приказала долго жить. Скоро все поймут, что перед нами фантом, чья реальность более ничем не оплачивается, и никто больше на ней не настаивает. Следом начнут испаряться и партийные проекты, и «Единая Россия», и Общественная Палата, и система управления СМИ, и молодежные движения, наспех сколоченные Сурковым, и много что еще…

Следовательно, в сфере идеологии, политики, информации и культуры потребуются новые парадигмы, новые алгоритмы, новые модели, новые схемы, новые соответствия, новые системы управления, новые критерии, новые законы. Каким будет этот новый мир после ухода Суркова, едва ли можно предсказать. Чисто теоретически можно допустить конкуренцию как идей, так и партий, как информационных проектов, так и социально-культурных движений. Сурков обладал абсолютной монополией во всех этих сферах – принципиальных для значительной части элитных групп общества (за исключением области чистой наживы и чиновничьей карьеры). В зоне идей закипает не только прозападный либерализм Болотной площади, но и патриотизм, и национализм всех мастей. Сурков сдерживал и то, и то, теперь все неминуемо вырвется на поверхность. Едва ли «Единая Россия» в таких условиях сможет сохранить монополию на власть, продолжая и дальше существовать без идеологии, без смысла и целей, а следом, покатится и вся партийная система, которую придется радикальным образом менять. Сочетание жесткой политической цензуры с оскорбительным низкопробным развлекательством на ТВ вообще никого в обществе не удовлетворяет, и давно требует изменений. Да и само общество в культурной и социальной сферах накопило так много не только нерешенных, но даже не сформулированных толком, не поставленных вопросов, что начинает трещать по швам.

Что получится в результате, заранее сказать трудно, но сейчас всё и начнется. И зачем предсказывать: надо активно участвовать в строительстве новой реальности: каждый пусть скажет, что считает нужным. Теперь можно. Суркова больше нет.

И каков же в целом итог 12 летнего всевластия кремлевского кукловода-демиурга? Технически безупречно. Эта помесь византизма с постмодерном войдет в учебники наиболее успешных форм колоссального социального надувательства в исторических масштабах. Вместе с тем, это был триумф бессмыслицы, дурного вкуса и похабщины. Окажется ли эта теневая сторона сурковщины фатальной для страны и для Путина? Может и окажется. Как знать. А может как-то все и выправится. Но факт в том, что второго Суркова найти не удастся. В конце концов, это была лишь функция – пришедшаяся ко времени и к месту циничная и эффективная индивидуальность, точно соответствующая духу безвременья, компромисса, социального слабоумия и дерзкой (подчас вполне «державной», а значит, полезной) лжи.


Александр Дугин

Ссылки по теме:

14 комментариев

katehon

Как в России протестуют

что происходит?, социология, модернизация россии, борьба за власть

Есть несколько особенностей российских акций протеста. Например, люди редко выходят на улицы, чтобы отстоять свои собственные интересы, а, скорее, будут ратовать за соблюдение прав соседа. Как можно описать и определить эти особенности бунта? О причинах необычных проявлений гражданского общества рассказывает социолог Борис Кагарлицкий.


katehon

Кровавая каша в Грузии

кризис, социология, геополитика, что происходит?, борьба за власть, В мире

Как связаны события в Грузии и на Ближнем Востоке? Какие методы управления пытаются внедрить в республиках бывшего СССР? Можно ли бороться с нарастающим хаосом? Комментарий философа Александра Дугина.


katehon

Математика Востока и Запада

социология, борьба за власть, В мире

Почему Восток и Запад могут быть представлены как две совершенно несовместимые модели? Как Россия совмещает в себе элементы восточного и западного? Почему этот опыт станет скоро необходим всему миру? Рассказывает профессор ФГП МГУ Сергей Малков.


katehon

Элитный скот против лохов

борьба за власть, социология, конспирология

Как появилось понятие элита, и почему оно так популярно в современном российском обществе? Насколько это слово обозначает действительное социальное разделение? Мнение социолога Бориса Кагарлицкого.

источник — http://tv.russia.ru/hero/kagarlickij/

+

http://www.google.ru/search? теория элит

1 комментарий

katehon

Помочь народу говорить

социология, борьба за власть, Историческoе

Почему народники проиграли в политической борьбе большевикам? Как развивалось движение народников, и почему мы всё чаще вспоминаем о них сегодня? Рассказывает социолог Борис Кагарлицкий.


katehon

Псевдогорода России

что происходит?, социология, модернизация россии, кризис

Бывает ли город без горожан и городской культуры? Бывает, и приметы таких псевдогородов есть, в том числе и в России. Как превратить псевдогорода в настоящие города? Рассказывает социолог Борис Кагарлицкий

5 комментариев

katehon

Беспартийная Россия

модернизация россии, социология, что происходит?, борьба за власть

Что значит быть беспартийным сегодня? Может ли партия говорить за «большинство»? Как связаны гражданские и партийные отношения между собой? Комментарий философа, руководителя Гильдии исследователей Андрея Ашкерова.


katehon

Грузины стали тихими

что происходит?, социология, борьба за власть

Каковы жители современной Грузии? Почему жители этой страны ненавидят полицейские реформы Саакашвили? Что изменилось в Грузии за последние годы? О своих впечатлениях после путешествия в Тбилиси рассказывает социолог Борис Кагарлицкий.

1 комментарий

katehon

Кавказ ждёт жеста Москвы

что происходит?, что делать?, социология, геополитика, кризис, модернизация россии, Кургинян

На что похожи процессы, происходящие сегодня на Кавказе? Почему эти республики ни в коем случае нельзя отделять от России? Чего ждут регионы Кавказа от Москвы? Мнение политолога Сергея Кургиняна.

1 комментарий

katehon

Неудачник Троцкий

Историческoе, В мире, социология

Почему фигура Троцкого до сих пор остается популярной во всем мире? Правда ли, что объединения троцкистов являются своего рода сектами? Все ли мы знаем о самом Троцком? Рассказывает социолог Борис Кагарлицкий.


katehon

К.Кобрин: Протестные молодежные движения и субкультура сегодня

борьба за власть, социология

Про поп‑музыку и протест.


katehon

За свободу? - Атака клонов перестройки

!!!Ахтунг!!!, что происходит?, модернизация россии, кризис, социология, !!!ВНИМАНИЕ!!!

автор: А.Кукушкин
автор: А.Кукушкин

Предсказуемое весеннее обострение параполитической активности разогревается заранее, и по градусу разогрева уже можно предположить, что нас ожидает. Неизбывный, как календарь, Ходорковский — вечный образ русской свободы, «наколка на левой груди». Планомерно выжимается все: от Госдепа до судебной секретарши. Тут «Единая Россия» подсуетилась с предложением вынести Ленина из мавзолея. Как раз вовремя, чтобы внести туда Ходорковского и написать на опустевшем пилоне: «Ходорковский»... Наш президент, помнится, говорил, что наше общество любит «сигналы». Требуют «сигнала»! Не дает. Сигналят за него, из-за спины. Не
Ходорковский, так Египет. Трепещите, тираны! Вот родная до боли Киргизия не является вдохновляющим примером?! А Египет — в самый раз. Осталось догадаться, что предпочитает либеральная общественность — военную диктатуру или «братьев-мусульман»?

Вице-премьер Кудрин — человек, в наибольшей степени определяющий российскую экономическую политику и, что еще хуже, идеологию, — посетовал на то, что без «честных»
выборов он не может обездолить трудящихся, лишив их избыточной части социальных благ. Чего требует не сходящаяся без этого бюджетная бухгалтерия. Здесь есть некоторая и моральная, и содержательная неувязка. Хочет ли господин Кудрин заявить, что до сих пор осуществляет свою власть на основании нечестных и нелегитимных выборов?

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...

Дело в том, что Алексей Леонидович, как и его единомышленники, существует во власти и полностью доминирует в экономической политике вопреки очевидному электоральному предпочтению российского избирателя. И только благодаря мандату доверия, выданному ему лично Путиным от имени абсолютно очевидного, легитимного и до сих пор устойчивого «путинского большинства». С любых непосредственных выборов г-на Кудрина и его единомышленников они вряд ли унесли бы мандаты — ноги бы унести. Высказывания Кудрина — это, скорее, отражение некой общей паранойи, поселившейся в элитах в отсутствие внятных понятий и представлений о будущем. Алексей Леонидович, конечно, никуда бежать не собирается. Он просто на всякий случай застолбил очередь. Серебреников может на всех не хватить.

Алексей Кудрин вообще неплохой бухгалтер, и если отвлечься от политического стриптиза, то логика его — бухгалтерская — понятна и даже в некоторых кругах банальна. Говорилось же, что вот, мол, остальные страны БРИК растут, потому что не берут на себя социальных обязательств. А мы что — рыжие? Нелепая идея, что, для того чтобы безнаказанно ободрать народ, нужна демократия, впитанная нашими постреформаторами из священного гайдаровского опыта. «Вспомнила баба, как девкой была». Современная либеральная демократия — вещь предельно популистская. Ты можешь изъять население из процесса принятия каких-либо содержательных решений, если ты откупаешься от него, минимально соблюдая параметры принятого общественного договора. Не можешь обеспечить — нет либеральной демократии. Для того чтобы заставить людей согласиться с материальными (а тем более с нематериальными) жертвами, нужна не демократия, а идеократия, вера в «светлое будущее» любого типа и окраса. Ельцинский режим и был поначалу идеократией чистого вида. Построенной на популистском антикоммунизме и вере, что «солнце восходит с Запада». Причем в форме массового психоза. И, наконец, претензии к нынешней политической системе и организации выборов предъявляют как раз не те, у кого Кудрин намеревается отобрать лишку социальных благ, а ровно те немногочисленные остальные, которые этими казенными социальными благами не пользуются. У первых совсем другие претензии. И реализуются они иначе. Еще Ключевский учил нашу интеллигенцию, как вредно путать политическую борьбу с социальной. Не учат...

Нынешняя атака клонов «перестройки», провалившись в народной памяти позорно и навсегда, стала возможна только благодаря обстоятельствам явно ненормальным и болезненным. Это и есть, наверное, тот самый «дефицит легитимности», о котором говорит у нас Александр Дугин. При этом наша власть, безусловно, легитимна по происхождению. Она избрана огромным реальным электоральным «путинским» большинством, которое, конечно уж, никаким правом рода или приемства не легитимируется, а только этим самым выбором. С этой точки зрения можно было бы сравнить отмеченный «дефицит легитимности», например, с банальным кризисом популярности любой правящей банально партии через некоторое время после выборов. Делов-то?! Не о той, конечно, легитимности говорит Дугин. И не о той говорим мы. Речь идет о некоем даже недооформленном, недовербализованном, но, очевидно ощущавшемся наборе ценностей, целей, самоидентификации власти, которая позволяла ей в глазах того самого «путинского большинства» быть тем, чем она есть. Как это ни назови — «управляемой», «суверенной», хоть горшком... Это большинство никуда не делось. Просто у него

исчезло ощущение, что власть сегодня готова противостоять тем вызовам, внутренним и внешним, ради противостояния которым эта власть и давалась. То есть возникает ощущение, что власть «делегитимирует» себя сама, добровольно, с какой-то неясной мазохистской целью.

Можно представить себе, каково должно быть ощущение политической «безвекторности», чтобы такой человек, как Дугин (вроде как вслед за Кудриным), предлагал в качестве выхода «настоящую демократию». То есть «симулякр»? Как-то даже неудобно повторять, что современная либеральная демократия — это власть элит, обеспечиваемая известными стандартными процедурами. С нынешней описанной здесь элитой перезапустить эти процедуры 90-х — это значит одномоментно и окончательно слить страну.

Иное дело, если предположить, что коварный Дугин имеет в виду именно настоящую демократию. Ту самую, когда народ не просто «соучаствует в своей судьбе», а таки ее определяет. Это и есть недолгие и крайне трагические переломные моменты истории, которые и принято считать настоящими революциями. Это как раз тот самый пресловутый Египет. А еще и Ливия, и Иран. И Россия 17-го...

Наши либеральные западники очень любят путать оранжевую имитацию с настоящей революцией. Они все время надеются, что история не дойдет до ошибочного «октября», интеллигентно остановившись на «феврале». Нашим радетелям свободы от Кудрина до Ходорковского надо понять, что так называемый путинский режим является единственной гарантией их физического существования. А прямым результатом перехода к «настоящей демократии» будет то, что на территории России не останется ни одного живого «либерала». Может, оно и к лучшему, но все-таки как-то не по-христиански.

Автор: Михаил ЛЕОНТЬЕВ, главный редактор

источник - http://www.odnakoj.ru/magazine/ot_redakcii/za_svobody/

статья, на которую ссылается Леонтьев - http://www.odnakoj.ru/magazine/main_theme/krizis_reprezentacii/


katehon

Как праздновать Масленицу?

социология, что делать?, Историческoе

Какой смысл сегодня имеет масленичная неделя? Чем это празднование отличается от европейского карнавала? Какая эпоха воссоздается с помощью этого праздника? Мнение религиоведа Ивара Максутова.


katehon

Тотемный леопард Путина

взгляд оттуда, социология, что происходит?, модернизация россии

Что означают выбранные символы Олимпиады «Сочи 2014»? Какие альтернативные тотемы можно было бы предложить? Почему отвергли жабу Зойча? Мнение философа Андрея Ашкерова.

2 комментария

katehon

Клинтон ласкает вымя Твиттера

геополитика, борьба за власть, что происходит?, социология

Госдеп США завел Твиттер. Зачем это сделано? Как это может на нас повлиять? Что диктует эпоха тотальной информатизации? Чем подход Медведева к работе в Сети отличается от приемов американских агитаторов? Рассказывает Сергей Доренко.

.

Почему твиттер Хилари Клинтон так плохо переведен на русский язык? Какое послание миссис Клинтон отправляет Джулиану Ассанжу? Комментарий философа Андрея Ашкерова.

3 комментария

katehon

Мода на брутальных мужчин

социология

Почему женщины предпочитают брутальных мужчин, а гламурные журналы предлагают нам образ женственных мальчиков? Какими хотят казаться сами мужчины? Как изменится образ идеального мужчины в ближайшие годы? Мнение социолога Анны Очкиной.


katehon

Волочкова - воинствующая самка

социология

Почему Анастасия Волочкова стала играть роль шута в современном публичном пространстве? Почему она перестала быть балериной Большого театра, и как это связано с ее уходом из «Единой России»? Комментарий философа Андрея Ашкерова.